Нации, родины, страны... Все эти смутные и зыбкие идеи трудно определить, даже тем, кто твердо верит в них. Подобно богам и религиям, нации и национализмы – это вера и фикции, которые призваны затемнить и усложнить понимание мира, а не облегчить его. Нация – это попросту переодетое государство. А национализм – соответствующая форма мышления.

Ведь национализм направлен лишь на построение и установление власти, вне особых идейных принципов или человеческих ценностей, способствующих развитию общества. Поэтому он идеологически увязывается с религиями и марксизмом, либерализмом и социал-демократией и с любыми другими формами понимания мира, которые ведут к разделенному иерархизированному миру. В политическом отношении это – расплывчатая идеология, чья цель не идет дальше выражения и построения власти.

Тем не менее, эта расплывчатость весьма и весьма полезна: в социальном отношении национализм представляет дело так, будто богатые и бедные имеют между собой нечто общее. Их впутывают в общее дело: то, которое дает привилегии одним и исключает других. Национализм обосновывает и оправдывает неравенство в социальной жизни, вводя этницистское, если не ксенофобское, разделение на "своих" в противовес "чужим". Он изобретает категории граждан: тех, у кого есть права, и тех, кто должен и может хотеть лишь надеяться на интеграцию в сообщество. В социальном отношении, это –  идеология расизма.

С его точки зрения, следует поощрять культуру, в большей мере основанную на критериях отличия, чем на ее человеческом качестве и потенциале. Отыскиваются фольклористика, танцы, традиции... Все годится для того, чтобы продемонстрировать себе самим отличие от всех иных. Тем самым национализм стремится заточить, запереть это "драгоценное" наследие прошлого, не дать "загрязнить" его другими элементами, что могло бы угрожать ему утратой его провинциального блеска. Национальная культура – это культура застывшая, влекомая к гротеску и гибели. В культурном отношении это застойное болото.

Более того, национализм нуждается в определении собственных границ, которые по сути являются границами для всех остальных. Он представляет исключительное присвоение ресурсов территории, на каковую он претендует. Экономическую эксплуатацию ради фиктивного права нации. Поэтому с наибольшей силой присваивают себе национальность и в большей степени развивают чувство исключительности группы в наиболее богатых зонах мира. Экономически национализм антисолидарен, скуп и жаден. Если политически он разрывает общество на куски, то экономически – удушает его.

Разделяя людей политически, обедняя культурно, исключая их социально и создавая привилегии экономически, национализм ни в коей мере не предвещает лучший мир. Он демонстрирует лишь наличие растущей жажды власти, которая порождает социальные конфликты как внутри собственных границ, так и за их пределами. Он культивирует ненависть и недоверие, ослепляет умы и замыкает сердца, подготавливает общество к конфронтации и насилию. Он создает фиктивные "священные союзы" (национальное единство, – прим. перевод.), в рамках которых власть имущие организуют битвы за власть и славу, в то время как общество ввергается в пучину смерти. Родина, Государство и Нация. Война, завоевание и экспансия. Родины и нации никогда не смогут быть друзьями общества. Они способны лишь разрушать и завоевывать его.

 "cnt". No.376. Marzo 2011. P.29.    

Надпись на транспаранте: Наша родина - весь мир